Наконец подкатили трап. Вдоль рулежек сугробы. Минус тринадцать — совсем не так уж холодно, как казалось издалека. Штамп в паспорте и получасовое созерцание ленты транспортера в ожидании багажа. На выходе из таможенной зоны седые строгие мужчины © в коротких кожаных куртках, со шрамами на лицах и золотыми печатками на толстых пальцах.

— Ну шо, братишка, такси нидорага!
— Oh, no thank you, baba, — I'd better take a bus.
— Нипоал ... Ты чиста ехать буиш?
— Oh, fuck! Нет, — я  на автобус.

Нет, черт возьми, нет!  Сто раз нет! Все не правильно, все должно быть не так, иначе! Из надутого кондиционерами холода стеклянного терминала, как в прорубь, в обжигающий пряный воздух полуденного Мадраса. Оранжевые тук-туки и белые Амбассадоры, «дети Шивы» в черных лунги, чай и самосы. Черные блестящие волосы и белоснежная улыбка на черном лице.

— Привет! Первый раз в Мадрасе, сэр?
— Первый, да.
— А в Индии?
— Ай, баба!
— Понравилось?
— Ну ты же видишь меня здесь?
— А у меня есть тук-тук. Ты куда поедешь дальше.
— В Махабалипурам.
— Круто! Я тебя отвезу туда за 1200 рупий.
— Да нифига ты меня туда не отвезешь.
— Почему это, вот заправлюсь по дороге и отвезу.
— Во-первых, на тук-туке туда часа три, а во-вторых, я возьму припейд за 800.
— За 800 не возьмешь.
— Почему это? Еще как возьму!
— Во-первых, за 1000, а во-вторых посмотри на очередь.
— Тогда за 600.
— Так не честно, ты только прилетел, ты первый день, ты не должен ехать за 600, минимум за 800. Той рейс из Бомбея — последний на котором прилетают феранги сегодня.  Имей совесть, я же могу тебе рассказать, что мне дочерей замуж выдавать, что хлеб драйвера очень твердый и тяжелый, но я же не рассказываю, —  поехали за 800, я тебе уже 400 уступил!
— Это невозможно, я ведь джедай 18-го уровня, — поехали. Ты развел меня на 200 рупий!
— А что такое джедай 18-го уровня?

Пронзительно тарахтит трехколесная табуретка. Водила весело тарахтит о своей тяжелой жизни и четырех дочерях. Все проносящееся мимо снаружи гремит, скрежещет, бибикает, кричит, пахнет гарью, перцем и кардамоном. Солнце валится к закату в океан, дорогу режут как лапшу длинные тени пальм на обочине. Ну, здравствуй, я почти год здесь не был.

Ура!